РЕПОРТАЖ «7X7»
Рязанский кремль:светское прошлое и церковное будущее
Автор: Екатерина Вулих
«Поведение музейщиков не всегда гармонирует с жизнью монастыря. В монастыре неуместны кассы, торговля светскими сувенирами, матрешками и тому подобное. Равно как и выставки светского искусства».
Всеволод Чаплин, протоирей, Заместитель главы Отдела внешних церковных связей Московского патриархата, 2008 год
Понятия «Рязанский кремль» и «Историко-архитектурный музей-заповедник „Рязанский кремль"» долгие десятилетия были едины.

Пока остались общедоступными аллеи, газоны, лавочки и выставки, еще можно сфотографировать экспонаты, но существование историко-архитектурного музея-заповедника «Рязанский кремль» подходит к концу, потому что территория кремля вместе с большинством зданий передана Рязанской епархии. Для музея строится новое здание на средства налогоплательщиков.

От поселения до музея
«Вы — люди просвещенные, но отчего происходит, что вы равнодушно смотрите на бесчисленные богатства, которыми обладаете и которые дают вам способы жить в преизбыточестве благ земных, что совершенно противно вашему званию? В преемники апостолов, которым повелел Бог внушать людям презрение к богатствам и которые были очень бедны, Царство их было не от мира сего — вы меня понимаете? У вас много подвластных. Вы просвещены: вы не можете не видеть, что все сии имения похищены у государства, вы не можете владеть ими, не будучи несправедливы к нему».
Императрица Екатерина II, речь в Синоде, манифест о секуляризации церковных владений, 26 февраля 1764
История возникновения и развития Рязанского кремля — это история Рязани. В 1905 году на месте современного кремля появляется первое строение — терем князя Олега Святославовича, внука Ярослава Мудрого. Вокруг него вырастают строения поменьше — жилища дружинников. Все они возводятся на холме меж двух судоходных рек Лыбедь и Трубеж. Крепость окружает высокий частокол, защищающий от врагов.

Со временем население княжества увеличивается, границы крепости расширяются. Ближе к XV веку, с появлением каменного строительства, начинается сооружение каменного Христорождественского собора, который дошел до наших дней в перестроенном виде.

За кремлевскими стенами возникает множество мирских и религиозных построек: двор воеводы и двор архиепископа, канцелярия епархии и городской сыск, рядом с ними — дома простолюдинов. На огороженной территории — конюшни, солодовня, мельница, склады, тюрьма, оружейные палаты, Спасский и Духовской мужские монастыри, Явленский женский, церкви и кладбище.

Locally grown grape is cheap and very juicy
В конце XVIII века императрица Екатерина II издает революционный манифест о секуляризации церковных владений, согласно которому церковное имущество изымается в пользу государства, большая часть монастырей оказывается упраздненной. В ходе дальнейших реформ императрицы Переяславль Рязанский переименовывается в Рязань, в нем по административно-территориальному плану начинают появляться площади и улицы. Город приобретает очертания, пока еще далекие от современного, но уже и не похожие на «кучкообразное» поселение. После реформ екатерининской эпохи кремль пустеет: он оказывается отдаленным от самого города, в котором теперь проходит вся светская жизнь. Становится меньше и церковнослужителей, в кремле остается архиерей с небольшим штатом священнослужителей и несколько монахов.

В 1884 году по решению Губернской архивной комиссии создается исторический музей, который открывается для посетителей в 1890 году в здании Присутственных мест рядом с кремлем.


Противостояние: письма, действия, комментарии
В конце 90-х в стране появился закон «О свободе совести и религиозных объединениях». В одном из пунктов оговаривалось право религиозных организаций на «владение зданиями, земельными участками, объектами производственного, социального, благотворительного, культурно-просветительского и иного назначения, предметами религиозного назначения, денежными средствами и иным имуществом, необходимым для обеспечения их деятельности, в том числе отнесенное к памятникам истории и культуры». Верующие и неверующие порадовались: «Вот что значит демократия! Конечно, нужно вернуть церкви все то, что по каким-то причинам не уничтожили, над чем долгое время глумились „проклятые коммуняки"». И вернуть, и извиниться за предков, которые расстреливали священнослужителей, закладывали взрывчатку под храмы, переплавляли колокола и грабили святыни. Люди порадовались за возрождающееся православие, представили, как будут восстанавливаться разрушенные церкви в городах и селах.
Церковные руины в большинстве сел так и остались руинами. А Русская православная церковь еще задолго до вступления в силу закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или в муниципальной собственности» (4 декабря 2010 г.) заявила свои права на Рязанский кремль.

Такой поворот удивил даже богомольных, но далеких от замыслов РПЦ старушек.

В 2006 году директор музея-заповедника «Рязанский кремль» Людмила Максимова получила письмо от архиепископа Рязанского и Касимовского Павла с настойчивым предложением передать в безвозмездное пользование епархии храмы, соборы, сторожки, хозпостройки и башни кремля. Главным образом архиепископа интересовал Дворец Олега, где, по слухам, было задумано устроить резиденцию. Музею-заповеднику оставляли мост, стены монастыря, ров и почему-то кафедральный Христорождественский собор. Тогда о строительстве нового здания для размещения музейных экспонатов речи не шло, поэтому требование о передаче почти всех строений на территории кремля означало предложение убираться в никуда. На улицу.

Людмила Максимова отказала архиепископу.

Тогда в поддержку Рязанской епархии с открытым письмом к президенту Российской Федерации Владимиру Путину выступил Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II:

«…В настоящее время в этих зданиях размещено федеральное учреждение „Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник", причем большая часть площадей используется нерационально. В частности, практически пустуют Успенский собор, Колокольня Рязанского кремля. Архиерейский дом, церковь Богоявления и Спасо-Преображенский собор находятся в аварийном состоянии и сданы в аренду музеем Управлению записи актов гражданского состояния администрации Рязанской области. В церкви Святого Духа расположена библиотека музея, а в Архангельском соборе — выставка портретов, рукоделия и икон. Однако на протяжении долгого времени Русской православной церкви отказывается в передаче этих главных святынь Рязанской земли, хотя основная цель сохранения музея в этом уникальном комплексе — получение доходов от туризма. Пришло время восстановить историческую справедливость и передать весь комплекс бывших церковных зданий их исконному владельцу — Рязанской епархии Русской православной церкви в безвозмездное пользование».

22 февраля 2006 год

Сотрудники музея-заповедника «Рязанский кремль» в ответ обратились к рязанцам и жителям России:

«Руководство Рязанской епархии ввело в заблуждение Патриарха и президента В. В. Путина, в результате чего рязанцы могут лишиться главного культурного достояния города и региона. Сегодня еще можно переломить ситуацию. Музей собирает подписи в свою поддержку — непосредственно в музее или на форуме музейного сайта. В течение десяти дней, с 25 марта по 2 апреля, двери музея-заповедника будут открыты для бесплатного посещения. Приходите, смотрите, думайте, делайте выбор. От нашей гражданской позиции зависит судьба бесценных сокровищ, собранных многими поколениями рязанцев».

24 марта 2006 года



Противостояние музея и епархии закончилось вместе с увольнением Людмилы Максимовой. Ее уволили показательно, во всеуслышание потребовав фактически подчиниться РПЦ по всем вопросам.

Об этом на пресс-конференции в Москве сообщил глава Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаил Швыдкой.

«Я вчера вынужден был уволить директора Рязанского музея, потому что не искать компромисса — это неправильный путь. <…> Задачей хорошего руководителя является доводить до компромисса любые возникающие противоречия. В отношениях же между органами светской культуры и РПЦ надо избегать любых конфликтов, поскольку все они в любом случае будут очень плохи для общества. <…> Все руководители светских памятников культуры должны находить общий язык с церковными иерархами».

12 декабря 2007 год

Реставрация, кресты, торговля
«Мы сделаем все возможное, чтобы наш кремль не только в музейных отчетах, а в действительности был настоящим украшением города Рязани и нашего Отечества. С возрождением и освящением ныне поруганных православных храмов и святынь Рязанский кремль оживет».
Из открытого письма президенту РФ Владимиру Путину от правления Рязанского отделения Международного союза общественных объединений «Всемирный Русский Народный Собор», 22 февраля 2006 года
Обычно в кремле многолюдно, но в день приезда не повезло с погодой, посетителей почти не было. Наряд полиции прогуливается по дорожкам, молодая пара, опасаясь дождя, спешит на выход, рабочие, задействованные в реставрационных работах Успенского собора, переговариваются на своем гортанном языке. Небольшое оживление возле продуктовой палатки: женщина в платочке руководит действиями молодого человека, убирающего территорию вокруг торговой точки.

Большинство зданий на территории кремля требует срочного ремонта. Кирпич раскрошился, трещины в стенах расползаются, некогда белые поверхности зданий окрасились в серо-зеленый цвет от плесени. Успенский собор, который практически беспрерывно реставрируют, снова окружен строительными лесами. Затянулись реставрационные работы и на Богоявленской церкви. Кучи строительного мусора и неиспользованных материалов встречаются почти по всей территории. В газоны вкопаны металлические и деревянные православные кресты.


Как обстоят дела с реставрацией пока еще музейных и уже церковных объектов, рассказала кандидат исторических наук, организатор движения против передачи зданий и имущества кремля Рязанской епархии Ирина Кусова:

— Западная часть Дворца Олега, гражданского сооружения, передана епархии. Сейчас там проводят обряды крещения. Как постоянные испарения влияют на состояние внутренней отделки, остается только догадываться. Да и внешний вид здания оставляет желать лучшего.

На двери Западной части Дворца Олега прилеплено скотчем объявление, чтобы его прочесть, надо подняться по высоким ступеням — отшлифованные глыбы расползлись и начинают крошиться. Ходить опасно.

За поворотом, у главной аллеи, — сваленные кучей строительные материалы.

— Уже года два тут валяются под открытым небом. Музей неоднократно обращался к епархии с просьбой убрать все это безобразие, но ничего так и не сделано, — констатирует Кусова.

Архангельский собор. Трапезная целиком состоит из торговых закутков и большого ящика для пожертвований. Храм пуст, только одна служащая, по совместительству продавщица, занимается своими делами.

По словам историка, музей был выдворен из этого здания под надуманным предлогом: якобы музейщики не соблюдали правила пожарной безопасности. Затем собор был передан в пользование епархии, и запасные выходы оказались заставлены какими-то белокаменными фрагментами. В случае ЧП отодвинуть их от запасных выходов будет нелегко.

Под одной из икон можно разглядеть резную белокаменную доску с надписью на старославянском языке. Надпись рассказывает о последних днях и погребении митрополита Иллариона, служившего здесь в XVII веке.

На подходе к Христорождественскому собору такая же ремонтно-строительная обстановка. Сам храм, в отличие от других строений, в приличном и даже нарядном состоянии. Ученые не успели его исследовать до конца, загадок еще много. И есть опасения, что их уже никогда не разгадают.

— В период короткого «безвременья», когда из здания уже выселили архив, но оно еще не было передано Церкви, реставраторы буквально «урвали» время на исследование. И успели обнаружить окно XV века. Остальные окна сделаны в более позднее время. Вот оно, выходит на набережную. А под ним старинный архитектурный орнамент, такая слезка. Под храмом находится не обследованный княжеский некрополь. Позволят ли когда-нибудь там поработать ученым — большой вопрос, — констатирует Ирина.

Успенский собор снова частично реставрируется. Самый большой в России восьмиярусный 27-метровый иконостас, по словам специалистов, нуждается в срочном лечении от грибка и реставрации, на это потребуется не менее 12 лет. Но для этого собор нужно закрыть. Пойдут ли на это церковники — неизвестно, о реставрации речи пока не идет.

Богоявленская тоже до сих пор не открыта для посетителей, хотя на реставрацию Министерство культуры Российской Федерации выделяло около 40 млн руб., работы должны были закончиться в сентябре 2016 года. На продолжение реставрации епархия объявила сбор средств.

Проходим мимо сторожки, находящейся на территории Спасо-Преображенского монастыря, рассматриваем уже ставшие знаменитыми пластиковые окна, установленные вместо старых, деревянных. Градозащитники и СМИ еще полгода назад обратили внимание на явное изменение облика исторической постройки, но пластик никто не убрал. Выяснилось, что сторожки больше не относятся к охраняемым памятникам, хотя в 80-х годах прошлого века они состояли в реестре.
— А это бывшая солодовня. Только музей попытался ее восстановить, как «добрые люди» растиражировали новость о том, что музейщики решили чуть ли не пивзавод построить. Работы были приостановлены. Что будет дальше с этим строением, никому не понятно, — рассказывает Кусова. — А это — здание архиерейской кухни, здесь некогда размещалось Рязанское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Общество выселили, и оказалось, что строение никогда не состояло на учете в реестре объектов культурного наследия. Несмотря на то, что в нем обнаружены фрагменты кладки XVII века. Теперь сторожку отдали не в пользование, а в полное владение епархии, так что теоретически ее могут и снести. Либо строение само разрушится.

За разговором обошли вокруг всей территории и вернулись к Успенскому собору. Рядом появилась еще одна торговая будка — на одном колесе и кирпичах. В витрине — печатная продукция православного назначения, небольшие пасхальные сувениры, мед и куличи, судя по надписи на ценниках, изготовленные в Иоанно-Богословском монастыре. Продавщица в белом платочке бойко рекламировала свою продукцию, пока не зашел разговор о простейшем чеке.

— Какие чеки? Нет у нас никаких чеков, это же все освящено, все свежее!

— Как же, без кассового аппарата? А кто вам дал разрешение на установку тонара?

— Так с епархией договорились! Есть договоренность, вот и без чеков, — все так же удивлялась продавщица. — Все вопросы к епархии.

— Насчет состояния объектов слов не надо, все и так видно. Музею сейчас на реставрацию выделяют минимум, но здесь что ни здание, то требует серьезной реставрационной работы. Не критично, здания не развалятся, но внешний вид — полная разруха. Складывается ощущение, что сам кремль уже никого не интересует, интерес заключается лишь в том, кому он отойдет в пользование, — подводит итог Ирина Кусова.

Земля и имущество кремля остаются в собственности государства. И именно оно должно бы «приглядывать» за состоянием, внешним видом и способами использования народного достояния. Пока же «сердце Рязани» остро нуждается в финансовых вливаниях, армии реставраторов и жестком контроле над дальнейшими передвижениями бюджетных средств.

«Нам бы вместе, а не вместо»
— В свете конфликтной ситуации, сложившейся вокруг Исаакиевского собора, актуализировалась проблема консенсуса Церкви и общества. Особый фон создает финансово-экономическая составляющая. Но — небольшое отступление, немного истории. Исаакиевский собор никогда не был таким угрюмым, как сегодня. Он был славен «чарующим красным звоном». В начале 30-х годов с его колоколен сняли 15 колоколов, среди них было три больших, включая главный, самый крупный в столице, весом в 1 752 пуда. Он был отлит из старых медных монет с добавлением золота и серебра. Поэтому, с одной стороны, можно понять настроения церковного сообщества, отстаивающего идею реституции как некоего исторического реванша.

С другой стороны, надо понять и музейное сообщество. В XIX веке величайшие русские музеи создавались при полном осознании их роли в сохранении музейного наследия. И они эту функцию, как могли, выполняли и в XIX, и в XX веках. Хотя этим вопросом, вопросом сохранности, жонглировать не стоит.

Думаю, при храмовых комплексах вполне могут быть созданы музеи с особым историко-культурным статусом, как древлехранилища. Вопрос в том, чтобы штаты подобных музеев наполнять профессиональными работниками. Все высказанные соображения в полной мере касаются и Рязанского кремля. Имеются также разумные предложения оставлять некоторые памятники в совместном использовании, где были бы и настоятель, и музейный смотритель. Или же оставлять сам храм на балансе музея, а алтарную часть передавать в ведение РПЦ.

Статус храма-музея возможен в принципе, хотя могут возникнуть трудности совмещения богослужений и экскурсий.


Юрий Гераськин
доктор исторических наук, доцент
— Как мне кажется, передача земель и имущества кремля в ведение Рязанской епархии началась с подачи, с личного желания митрополита Павла. До сих пор с теплотой вспоминаю митрополита Симона — это был умнейший, добрейшей души человек, мы всегда прекрасно общались. У нас было соглашение: при нем велись службы в Успенском соборе, Христорождественский собор им был передан, они звонили на колокольне — все у нас было мирно и по-доброму. Когда приехал следующий митрополит, Павел, все изменилось. В день 120-летия музея он выступил с поздравительной речью, суть которой сводилась к следующему: хорошо, что вы сберегли памятники, берегите дальше, но все равно все они отойдут епархии.

Чтобы опорочить сотрудников музея, некто писал в правоохранительные органы кляузы якобы от лица музейного работника, который знает всю подноготную наших «махинаций», что вроде бы не по назначению тратим деньги. Даже было заведено уголовное дело, которое быстро закрылось из-за отсутствия состава преступления. Но как же было неприятно!

Теперь средствами на реставрацию будет распоряжаться епархия, но проверить расходование этих средств не будет никакой возможности, потому что Церковь отделена от государства. Так отделена, что я сомневаюсь, что после передачи кремля РПЦ вход на территорию останется свободным.

Я думаю, что сосуществование на территории кремля церковных служб и музейных выставок было бы возможно, если б тому не воспрепятствовали церковнослужители.

Людмила Максимова
директор (с 1984 по 2007 годы) РИАМЗ «Рязанский кремль»
— Большую часть своей жизни я прожила во Пскове. Это древний православный город со множеством церквей. Несмотря на то, что Псков в три раза меньше Рязани, церквей там гораздо больше. Церкви вообще всегда были неотъемлемой частью жизни любого псковича, вне зависимости от глубины веры и от вероисповедания. При этом никогда никаких столкновений церкви и светского общества у нас не было. На территории кремля находятся Приказные палаты, в которых располагается одна из экспозиций псковского музея. При этом Троицкий собор всегда на моей памяти был действующим. Никто никому никогда не мешал. Ни церковь музею, ни музей церкви. Поэтому то, что происходит в Рязани, для меня дико. Не понимаю, почему нельзя жить мирно и прийти к компромиссу, который наверняка можно найти, было бы желание.

Для музея переезд в новое здание будет, несомненно, ударом. Уверена, что посещаемость музея упадет, потому что абсолютное большинство туристов начинает знакомство с городом с посещения кремля. Возникнет ли у них желание идти отдельно еще и в музей — неизвестно. Плюс к этому, современное здание из стекла и бетона не слишком вяжется с тематикой экспозиций. Несомненно, современное просторное здание — это засчитывается в плюс для любой организации. Но музей все-таки требует несколько иного подхода. Это же не банк, не поликлиника и не офис. К тому же столь масштабное строительство в историческом центре города — нонсенс.

Мне кажется, оптимальным решением, которое устроило бы обе стороны, был бы перенос части экспозиции и фондов в здание Присутственных мест, а часть могла бы остаться в кремле. Думаю, места хватило бы всем.

Лично для меня эта ситуация крайне неприятна. Я всегда ратовала за мирное разрешение проблем. В данном случае компромисса, увы, не предвидится.

Ксения Паначева
руководитель туристско-образовательного проекта «Я вам покажу!»
— Как историку и археологу, мне несколько непонятны притязания Церкви на всю территорию кремля, ведь изначально здесь был город с улицами, усадьбами. Здесь был административный центр города, а духовный центр был сосредоточен в районе Борисоглебской церкви. Так было до середины XVI века, потом все несколько изменилось, но никогда церковные службы не занимали всю территорию кремля.

По поводу нашей археологической работы: не знаю, как будем проводить раскопки, если у нас отнимут базу. Здесь есть все необходимое и для самих раскопок, и для дальнейшей работы над найденным бесценным материалом, вплоть до бытовых условий, раздевалки и душа. Что будет дальше, не могу сказать, но есть сильные сомнения по поводу удобств. А здесь еще работать и работать, мы вскрыли только одну тысячу квадратных метров исторического слоя, а археологический интерес простирается на 26 гектаров. Работа трудоемкая, серьезная: все копается и просеивается вручную, после закрытия сезона весь год описываем наши находки, сортируем, определяем историческую ценность. Это происходит здесь, на базе, на территории кремля.

По большому счету, я вообще не понимаю, почему Церковь должна быть вместо нас, а не вместе с нами. Мы (в смысле, музей) и они занимаемся одним делом: это и воспитание молодежи, и уважение к истории, и эстетическое и духовное развитие личности. Что, разве духовность есть только в храме? Не соглашусь с этим.

Василий Судаков
заведующий отделом археологии ФГБУК «Рязанский кремль»
«По результатам многократных обращений Русской православной церкви в соответствии с поручением Президента Российской Федерации от 06.03.2006 г. № Пр-359, Председателя Правительства Российской Федерации от 21.08.2009 № ВП-П44-4629, Министерством культуры Российской Федерации было принято решение о строительстве нового здания для музея-заповедника с целью предоставления необходимых для деятельности учреждения культуры площадей при передаче объектов религиозного назначения.

На сегодняшний день в стационарных экспозициях музея-заповедника представлено около 3% музейных предметов, что связано с недостатком площадей. В новом здании музейного центра ФГБУК „Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник" будет построена историческая экспозиция, а также Детский и Экологический центры, оборудовано три выставочных зала, конференц-зал. В настоящее время у музея нет необходимых условий для приема маломобильных граждан, так как здания XVII–XIX вв. невозможно переоборудовать и приспособить для таких посетителей. Новое здание будет отвечать всем требованиям, предъявляемым к современным учреждениям культуры.

Увеличение площадей и более полное представление коллекции музея позволит увеличить количество посетителей. Сотрудники музея-заповедника также продолжат археологические исследования и экскурсионное обслуживание посетителей на территории Рязанского кремля.

У музея сохранится его нынешнее официальное название: „Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры „Рязанский историко-архитектурный музей-заповедник"».

Владимир Аристархов
первый заместитель министра Министерства культуры РФ (ответ на запрос)
Рязанская епархия от ответа на вопросы «7x7» уклонилась. Председатель информационно-аналитического отдела протоиерей Арсений Вилков сослался на то, что запрос был составлен в не слишком «уважительной форме»: якобы статьи 39–40 Федерального закона «О СМИ» к Русской православной церкви никакого отношения не имеют, ее представители не обязаны отвечать на запросы журналистов*.

Рязанская епархия
Мнения тех, кто живет на улицах Кремль, Рабочих и Трубежная набережная, разделились. Одни уверены, что их дома с огородами никому не помешают, другие надеются на предстоящий снос и получение нового жилья. Третьи опасаются повторения истории, происходящей в поселке Выша Шацкого района: с передачей Вышенского монастыря Русской православной церкви люди, несколько десятилетий жившие на территории монастыря, оказались лишними. Их выселяют из собственных домов и дают мизерную компенсацию.
*Комментарий юриста Центра защиты прав СМИ Светланы Кузевановой:
Как правило, епархии существуют в форме религиозных организаций. Это добровольные объединения граждан в целях совместного исповедания и распространения веры, которые зарегистрированы в качестве юридического лица. Статья 39 Закона «О СМИ» закрепляет право редакции издания запрашивать информацию не только у государственных органов или органов местного самоуправления, но также и у различных организаций, общественных объединений и их должностных лиц. Следовательно, организации, входящие в структуру РПЦ, не являются исключением и обязаны предоставлять информацию и документы по запросу прессы.

Екатерина Вулих
«7x7», 15 июня 2017
Made on
Tilda